Сакрально пьяному реальность трезвого кажется невыносимо скучной, а с бодуна — невыносимо болезненной, поэтому он снова и снова напивается опьяняющих, духоподъёмных иллюзий, называя это духовной жизнью. Сакрально пьяному реальность трезвого кажется невыносимо скучной, а с бодуна - невыносимо болезненной, поэтому он снова и снова напивается опьяняющих, духоподъёмных иллюзий, называя это духовной жизнью.