Previous Post:
Пригожинский мятеж как Фиуме без поэзии
«Иногда история повторяется не как фарс, а как странная политическая постановка.
В 1919 году поэт и военный герой Габриэле Д’Аннунцио вошёл с ветеранами в город Фиуме и создал там почти театральное государство: балконные речи, гимны, ритуалы, факелы, культ лидера, политика как спектакль.
В 2023 году Пригожин сделал нечто другое по стилю, но похожее по структуре: создал свою армию, занял Ростов и двинулся на Москву, заявляя не мятеж против государства, а «марш справедливости» против предателей внутри него.
Главная формула у них общая:
Я восстаю против власти не потому, что я против страны.
Я восстаю потому, что я и есть настоящая страна.
Д’Аннунцио говорил Италии:
вы предали победу.
Пригожин говорил России:
вы предали фронт.
Оба выступали от имени «подлинных бойцов» против «гнилого центра». У одного это были легионеры и ветераны Первой мировой. У другого — бойцы Вагнера.
Но различие принципиальное.
Фиуме Д’Аннунцио было красивой ложью.
Ростов Пригожина был грубой правдой.
Д’Аннунцио эстетизировал власть: музыка, знамёна, балконы, миф.
Пригожин раздевал власть : мат, трупы, снаряды, злость, Telegram.
Если Фиуме — это опера с пулемётом, то пригожинский мятеж — это голосовое сообщение с танком в цирке.
Здесь хорошо ложится параллель с Родари и «Страной лжецов». У короля Джакомона власть держалась на том, что все соглашались называть вещи не своими именами. Кошка должна лаять. Собака мяукать. Ложь становится законом.
Джельсомино разрушает эту систему голосом. Он не спорит с властью — он просто поёт, и декорации падают.
Пригожин в этом смысле — странный Джельсомино, выращенный внутри самой системы. Он не был невинным носителем правды. Он был частью машины насилия. Но на сутки его голос произвёл эффект Реального, онпоказал, что вертикаль держится не только на силе, но и на коллективной вере в её неуязвимость.
Д’Аннунцио хотел построить государство как произведение искусства.
Пригожин устроил 24-часовой рентген государства.
И в этот момент стало видно главное: власть — это не только армия, законы и кабинеты. Это ещё и спектакль и трупы.»
1
1