|
Общественное мнение устроено примитивно: хвалишь страну — значит, любишь её; критикуешь — значит, ненавидишь. Но отношение к стране определяется не тональностью высказываний, содержанием и последствиями.
Возьмём условный Чад. Один уверяет, что в Чаде всё прекрасно, оправдывает любые решения власти и отвергает неудобные факты. Другой говорит о коррупции, некомпетентности и опасных ошибках. Кого из них считать чадофилом, а кого чадофобом?
Похвала сама по себе ничего не доказывает. Она может быть искренней, корыстной, трусливой или просто чаще глупой, но по зову сердца. Точно так же критика не обязательно является выражением враждебности. Именно тот, кому небезразлична судьба Чада, первым замечает, что он движется к катастрофе, и пытается изменить направление.
Более того, безусловное восхваление часто опаснее безусловного отрицания. К критике люди обычно относятся настороженно и требуют доказательств. Лесть же принимается за патриотизм. Она приятна, не вызывает внутреннего сопротивления и быстро превращается в коллективное самообольщение. Чтобы повторять за большинством хвалебные лозунги, не нужны ни смелость , ни знания, ни ответственность, ни интеллектуальная смелость.
Критика, напротив, нередко требует готовности спорить с большинством, выдерживать давление и отвечать за свои слова и выводы. Разумеется, критик тоже может быть невежественным, предвзятым или злонамеренным. Но отличить одного от другого можно не по тому, хвалит он или осуждает, а по качеству его аргументов, компетентности и реальным целям.
Поэтому граница между «филом» и «фобом» проходит не в области выражения чувств. Она проходит между мышлением и его отсутствием, между ответственностью и стадностью, между реальной пользой и желанием понравиться «простому народу».
Залюбят Чад того и гляди, до смерти , такие вот филы , а потом будут выдумывать врагов и назначать виноватых, вместо того, чтобы подойти к зеркалу.
|
