Чем больше в человеке святости, тем больше возмущения вызывают у него файлы Эпштейна.
В эпоху порнхаба и онлифанса эти файлы выглядят не очень впечатляющими —
не потому что там «ничего нет», а потому, что норма уже уехала дальше.
Скандал предполагает шок.
А когда рынок давно легализовал и монетизировал то, что раньше вызывало бурную реакцию негодования,
разоблачения звучат как архивные новости из жизни знаменитостей.
То есть широкую публику волнуют не жертвы, а похождения знаменитостей.
Да, знаменитостям ничто не чуждо, но у них больше соблазнов и за ними пристальнее следят.